→ Архив номеров

В прошлом субботнем выпуске мы опубликовали материал нашего журналиста Елены Антоновой «Изменен и очень опасен» о генно модифицированных организмах (ГМО). Сегодня, как и обещали, продолжение этой актуальной темы.
Погоня
за «жареным»?
Сегодня проблема ГМО — один из самых обсуждаемых вопросов в Украине. «Что это — наше будущее или гибель человечества?» — спорят ученые, выдвигая свои гипотезы и приводя данные исследований иностранных специалистов. Разумеется, горячие дебаты людей от науки не оставляют равнодушными и нас, обычных граждан, не имеющих углубленных знаний в области биологии, химии или, тем более, генной инженерии. Последняя, по словам доктора биологических наук директора Южного биотехнологического центра Украинской академии наук Юрия Сиволапа, получила развитие в 1970-х годах. И ее первые результаты появились в области фармацевтики. В частности, в результате сложнейшего технологического процесса, в котором были задействованы гены бактерии и человека, удалось получить ценные гормональные препараты, например, инсулин и интерферон.
— Генная инженерия — мощное оружие в руках экспериментатора, — подтверждает Ю.Сиволап. — Был момент, когда человечество испугалось: «Можно ген рака «вставить» в бактерию — и что тогда?!». На генную инженерию наложили временный запрет: чтобы не навредить человеческому организму, ученым разрешили работать только с микробами, гибнущими при температуре тридцать шесть градусов. Но мораторий продержался лишь несколько лет, и это научное направление начало стремительно развиваться.
Генно модифицированные организмы появились как технологический этап  улучшения (селекции) растений. С того момента, как начали внедрять ГМО, минуло более сорока лет, и в мире не зафиксировано ни одного случая  их негативного воздействия на организм человека. Стремительно сокращается количество земли на душу населения, человеческая популяция растет, продуктов питания не хватает. ГМО — единственное спасение от тотального голода. В то же время в прессе публикуются материалы о мутантах от ГМО и прочих ужасах. Это не что иное, как погоня за «жареными фактами»…
За комментарием мы также обратились в Одесский  селекционно-генетический институт — национальный центр семеноведения и сортоизучения — одно из ведущих учреждений аграрной науки в Украине в области селекции и семеноводства полевых культур.  
— Мы занимаемся селекцией, а трансгенная технология непосредственно с ней связана, так как сейчас это наиболее современный и технологичный способ улучшения свойств  растений, — говорит заведующий отделом качества зерна Александр Рыбалка. — Пока других, более эффективных, способов в мире попросту нет. Отмечу, что названная технология очень дорогостоящая, предполагающая сложные исследования, и реально в Украине она недоступна. Поэтому мы лишь используем наработанное другими  и контролируем... Происходит приблизительно следующее. Исследователь берет ген пшеницы, положительно влияющий на качество. Подчеркну, берется ген ИМЕННО ПШЕНИЦЫ (а не крокодила или паука!) и усиливается посредством трансгенных технологий. 
По словам А.Рыбалки, так как модифицированные продукты создаются на основе ДНК, никто не может гарантировать, что полученный в результате «объект» безопасен. Но сама по себе ДНК абсолютно безвредна, откуда бы ее ни взяли. К слову, потребляя хлеб, мясо, молоко, мы поглощаем огромное количество ДНК, которая, попадая в наш организм, разлагается и полностью утилизируется. Угрозу человеческому организму может нести только продукт, который синтезирует данный ген. Следовательно, в скрупулезном изучении нуждается только изначальный «носитель» ДНК. Так, если мы говорим об устойчивости картофеля к колорадскому жуку, то здесь был применен ген, приводящий к разрушению структуры желудка жука. Насекомое попросту утрачивает возможность питаться и погибает от голода. Но никто не может утверждать, что такой картофель вреден для человека. Для того чтобы это доказать, необходимо провести четкий медицинский эксперимент с привлечением добровольцев.
По утверждению собеседника, генно модифицированные продукты проблем для человека не составляют. Гораздо страшнее — пестициды, которыми сейчас широко пользуются во всем мире. Утверждение же о том, что с геном, подсаженным в другой организм, происходит мутация, не совсем верное. Селекционеры получают измененный генотип. Причем свойства нового вида так изменены, что в природе они бы произойти не смогли. Никогда. Ведь передача генов происходит только половым путем (скрещиванием). То есть суть генетической трансформации заключается в том, что она осуществляет события, которые в природе самостоятельно не состоялись бы. 
«Все едят, никто
не жалуется…»
Юрия Сиволапа поддерживает заведующая отделом гигиены питания Одесской областной санитарно-эпидемиологической станции Лидия Степанова. Кроме того, сейчас, по ее словам, в Украине имеется достаточная нормативная база по ГМО, предусматривающая  создание их государственного реестра и маркировки («Юг» уже сообщал о законодательных нюансах по этой проблеме). Как пояснила Л.Степанова, согласно постановлению №114 Кабинета министров Украины «О создании государственного реестра ГМО», любая фирма, занимающаяся производством, реализацией продукции с содержанием модифицированных организмов, обязана товар зарегистрировать. Но пока об этом не побеспокоился ни один предприниматель, ни одна организация — в Минздрав (по состоянию на момент подготовки этого материала) никто не обратился...
Сторонники применения генно модифицированных организмов ссылаются на опыт соседней России. Там в пищевой промышленности регистрируется тринадцать видов растительных продуктов, полученных путем трансгенных технологий. Это соя, кукуруза, картофель, сахарная свекла и рис.
Маркировка пищевых продуктов с ГМО применяется в мире по-разному. Например, в США, Канаде и Аргентине они не маркируются вовсе, а в странах ЕС, России и отныне в Украине принят 0,9-процентный пороговый уровень маркировки продукции. В Японии и Австралии этот показатель составляет пять процентов.
— Проблема корнями уходят в успех американцев, предложивших передовую технологию, они первыми разработали ГМО и первыми предложили этот конкурентоспособный продукт Европе, — считает А.Рыбалка.  — Естественно, что в силу международных экономиче-ских законов, продукт, созданный в одной стране, может поступить в другую. Тогда возникает вопрос защиты рынка. Именно это и сделала Европа, введя кодировку для ГМО, но и там уже начинают производить генно модифицированные продукты.
По  словам специалистов, ныне трансгенные культуры в мире занимают 125 миллионов гектаров площадей, и основные конкуренты пресловутых организмов — производители нитратов и пестицидов. Именно последние понесут колоссальные убытки при тотальном внедрении ГМО.  
По словам Юрия Сиволапа, два года назад он купил в одном из одесских магазинов фарш, гуляш и произвел с ними соответствующее исследование. Оказалось, что в этих мясных продуктах изрядное количество сои, содержащей конструкции устойчивости к гербициду. Иными словами, ГМО.
— Все едят, и никто не жалуется, — усмехается ученый. — Отмечу, что, скажем, в Херсонской области почти вся соя генно модифицирована. Более того, семьдесят процентов этого продукта во всем мире — ГМО, а те же популярные «ножки Буша» и многие другие мясные деликатесы  «вскормлены» на генно модифицированных организмах. Вы уже десятки лет все это потребляете и вполне нормально выглядите.
Выглядим мы, возможно, неплохо, но большинство граждан Украины о составляющих своей трапезы, что называется, ни сном, ни духом… Увы, пояснить, сколько в среднем попадает ГМО в наши желудки, специалисты не могут.  Причина, как утверждает Лидия Степанова, в том, что масштабные исследования пока не проводились из-за отсутствия государственного реестра и, соответственно, предпринимателей, желающих в  нем зарегистрироваться.
— Тем не менее с 1 сентября, согласно указу Президента Украины, будет создана сеть лабораторий, которые займутся проверкой продуктов на содержание ГМО, — утверждает она. — Это достаточно простые исследования, которые будут осуществляться в том числе и в нашей вирусологической лаборатории. В Одесском регионе сеть таких учреждений очень широка. Исследования стоят сто-двести гривень, что по карману любому предпринимателю.
Мы, конечно,
не хрюкаем, но…
— Растения, которые выпускают генноинженерные фирмы, намного  безопаснее обычных сортов хотя бы потому, что проходят более тщательную проверку, — кипятится Юрий Сиволап. — Волосы дыбом встают, когда слышу выступления некоторых неспециалистов, утверждающих, что чужеродная ДНК может повлиять на наследственность. Но мы каждый день едим свинину и не хрюкаем, употребляем говядину, но никто не мычит... 
С Юрием Михайловичем трудно не согласиться: в поросят и телят мы пока не превратились, рогами и копытами не обзавелись, но… 
— Безусловно, потребление продуктов, содержащих ГМО, традиционным путем реально не несет никакой опасности, — комментирует врач-репродуктолог высшей категории председатель правления Одесского отделения Украинской ассоциации репродуктивной медицины Владимир Дощечкин. — Ведь чужая ДНК, действительно, нейтрализуется в желудочно-кишечном тракте. Здесь проблемы нет. Однако она может возникнуть. На мой взгляд, нам надо думать об исключении нетрадиционного использования ГМО — в  качестве растительного сырья для приготовления медицинских препаратов. Как бы  кому-то ни взбрело в голову, что подобные «лекарства» можно вводить путем внутривенных инъекций, путем вакцинации с использованием различных белковых препаратов. А попадание ГМО в кровь (вместе с медицинскими препаратами) не исследовано! Никто не знает, как чужеродный белок поведет себя в нашей крови. В области генной инженерии я, конечно, не специалист. Но мне как человеку, близко знакомому с биологией, понятно, что такое может быть и это потенциально опасно. 
Сейчас многих волнует влияние названных организмов на репродуктивность человека. К сожалению, нельзя вычленить факторы ГМО в составе биологической массы, которую мы ежедневно потребляем. Провести такие исследования невозможно. Но не могу не отметить, что качество спермы мужчин за последние тридцать лет существенно ухудшилось. В то же время средний процент бесплодия не изменился.
Мы все бесконечно благодарны Яну Флемингу, открывшему пенициллин и тем самым начавшему эру применения антибиотиков. Но массовое использование антисептиче-ских препаратов, антибиотиков во второй половине XX века — начале XXI привело к тому, что на первый план вышла вирусная инфекция. Она начиналась с гриппа легионеров, а сегодня это ВИЧ, свиной грипп и прочие вещи, которым совершенно по барабану наши антибиотики и антисептики. Кроме того, вытеснены чувствительные к ним (вроде бы сильнейшим медпрепаратам) нормальные ассоциации микроорганизмов, на смену которым пришли болезнетворные «конкуренты» — сапрофитная микрофлора кокковая, заселяющая слизистые оболочки человека. Иными словами, перегнув палку с использованием чего-то нового, мы можем получить и отрицательный эффект. Об этом необходимо помнить при работе с ГМО, которые, безусловно, нужны в условиях перенаселения Земли и тотального голода в африканских странах. Но лучшее — враг хорошего. Прогресс всегда таит в себе нечто неизвестное. Поэтому должен быть контроль и порядок.
— В 2008 году государственное предприятие «Укрмедтестстандарт» исследовало тысячу сто семьдесят семь образцов пищевых продуктов, реализуемых в универсамах Киева, — дополняет начальник главного Одесского областного управления по делам защиты прав потребителей Надежда Федосеева. — И в семнадцати процентах обнаружено превышение предельно допустимого показателя ГМО — 0,9 процента. Нынче подобное отклонение выявлено уже в сорока трех процентах исследованных продуктов. Иными словами, в то время как весь мир защищает своих граждан от ГМО, в Украину их поступление не контролируется…  Пусть ученые спорят о том, наступят последствия через пятьдесят лет или нет. Но закон нужно соблюсти — потребитель должен знать, что он ест. 
По словам  директора Южного центра политического консультирования Юрия  Старчевского, с 1998 года действует временный порядок введения государственной регистрации продуктов, содержащих ГМО:
— Выходит, все это время все властные структуры бездействовали, и одиннадцать лет шел  банальный захват украинского рынка. Не знаю, почему власть молчала, может, из-за какой-то выгоды... Для нас должна быть приоритетом без-опасность населения, а не интересы больших транснациональных компаний. Если живем в демократическом государстве, то хорошо должны понимать, что такое интересы науки, бизнеса и людей. У нас, к сожалению, доминируют интересы бизнеса, а не науки и никак не людей...
Лариса КОЗОВАЯ.
В ТЕМУ
Одесский филиал Института проблем управления имени Горшенина провел блиц-опрос шестисот горожан старше восемнадцати лет на тему «Продукты с ГМО на нашем столе — мнение одесситов». По результатам исследования эксперты сделали следующие выводы.
Две трети горожан предпочитают приобретать продукты в супермаркетах, 7,5% — в небольших магазинах. На рынке покупают еду 48,8%, каждый шестой респондент выращивает для себя продукты на собственной грядке.
45,3% выбирают место для покупки, исходя из удобства его расположения, 37,5 — из приемлемости цены, 31,3 — из-за широкого ассортимента товара, 19,8 — из-за того, что «здесь приятно покупать», 18,5 — уверены в качестве, 12,3% — считают в данном месте продукты экологически чистыми.
78,3% утверждают, что слышали о ГМО и знают о возможных последствиях, связанных с их употреблением, остальные — в неведении. 52% понятия не имеют об обязательной маркировке. Две трети не знают, в какой форме должна предоставляться информация о наличии ГМО в продуктах питания.
56,3% заявили, что никогда не будут покупать продукты с пометкой «ГМО», а 26% — будут в случае отсутствия альтернативы. Для 11,3% все равно, чем питаться, 6% отдадут предпочтение продуктам с ГМО, если те будут дешевле натуральных. Лишь 0,4% затруднились ответить.